Посвящается… Мужик, ну ты в курсе!

Были времена, когда в моей жизни еще существовали четкие представления о том, “что такое хорошо и что такое плохо”, а все мужчины делились на три категории - “подходит”, “не подходит” и “папа”.
Однажды, один ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНЫЙ человек, на мой вопрос - чем важны для него наши отношения? - ответил: “Не так много ИНТЕРЕСНЫХ людей вокруг”.
Человеком этим на тот момент я пользовалась не как человеком, а как МУЖЧИНОЙ, и по всем параметрам, за исключением того, что он был глубоко и надежно женат, он попадал в первую категорию. По наивности своей и неопытности придерживаясь убеждения, что наличие качественных мозгов у мужчины обязательно по определению, я тогда еще не умела вычленять из общей массы тех сильных представителей человечества, для которых главной эрогенной зоной является интеллект. Сами понимаете, что при таких исходных данных, его ответ меня НЕслегка расстроил - “интересная” было совсем не похоже на “люблю-тебя-безумно-выходи-за-меня-замуж”. На великое мое счастье, мужчина этот был удивительно мудр, и проницателен достаточно, чтобы предположить где и в какой момент я упаду, и соломки заблаговременно подстелил. Это сделало падение пятизвездочно комфортным, а отношениям позволило сохраниться по сей день и выйти за рамки классического треугольника, трансформировавшись в изящную n-угольную форму. Из уважения к сторонникам моногамных отношений добавлю, что количество мужчин, конечно же идет в счет, но для придания смысла слову “верность”, необходимо встретить того, который позволит забыть всех предыдущих. Мужьям своим я никогда не изменяла, и, чтобы сохранить уважение к отцам своих детей, разлюбив, отпускала на свободу.
Сейчас, занимая позицию исследователя, делю мужчин на “интересных” и “тех, на которых жалко тратить время”.
Где они, эти критерии “интересности”? В какой момент приходит понимание, что перед тобой не просто сундучок со стереотипами, а целая вселенная, манящая и завораживающая своей необъятностью?
В зарождающихся отношениях (с учетом нюансов контекста - личные, деловые, дружеские) исследуем территорию партнера, - осторожно, как сапер на минном поле, чтобы не смутить своеобразием рельефа собственной местности. Иногда - подстраиваясь под ценности собеседника, порой, вопреки ожиданиям, не разделяя их - как психиатр в терапевтических целях - “Вы узнали, что ваша тринадцатилетняя дочь спит с тридцатилетним мужчиной? Она что, беременна? Нет? Говорите, у нее еще месячные не начались? Тогда что вас беспокоит?!”
И, отслеживая реакцию на “кодовые” слова - “рефрейминг”, “экология”, “калибровка”, - пытаешься понять, - его комфортность в общении - это приобретенные знания и умения, доведенные до уровня виртуозного навыка или особый дар, естественная его сущность, особое эмоциональное чутье, позволяющее ему без стука - не врываться, нет - бесшумно проникать в самые глубины твоей души, задевать спрятанные от неуклюжих лап, потаенные струнки, и рождать в тебе мелодии, авторские права на которые ты безропотно передаешь в руки того, “кто тебя приручил”.
Это потом встанет, болезненный для некоторых, вопрос той самой “экологии” - несем ли мы ответственность “за тех, кого приручили” и “кого вовремя не послали”, но это будет уже отдельная история…